Привет всем заходящим, залетающим, заползающим, пробегающим и заглядывающим в замочную скважину.
Я Раэнэ Тэль, умею пить, слушать и собирать буковки в мозаику. Меня можно дергать насчет "поговорить-помечтать-пожаловаться" - рада каждому.
Работаю редактором, постоянно ищу работу =)
Тараканам в моей голове очень уютно, поэтому мне хочется, чтобы и всем вокруг меня было уютно - не пытайтесь ссориться, прошу.
Я католик, бисексуал и неисправимый либералист-идеалист с уклоном в анархию. Все сказанное в этом дневнике, соответственно, будет пропускаться через мою призму восприятия.
Заходите.
URL
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
00:43 

МелкиеКрупные радости Раэнки

А мне написала сестра! Перечитываю - улыбаюсь. Соскучилась...

23:18 

Каштаны вспыхнули белыми свечами - вся аллея, в один миг. Между вычурными глянцевыми листами сирени проглянули белые и лиловые гроздьи. Запахло скошеной травой и пыльным дождем, с реки донеслось нестройное кваканье.
Бродишь между двхуэтажными домиками, плутаешь в неогороженных палисадниках, дышишь майской грозой, глядишь то на полную луну, то на золотые окна.
Настроение:
…Надеюсь, что надеяться — не дерзость.
Надеюсь, что не зря еще надеюсь.
Надеюсь, что весной я прав вдвойне

(с)

03:50 

Этот день...

В преддверии девятого числа расскажу-ка я баечку. Чтобы объяснить, чему я завтра буду отдавать дань уважения и почему. А также почему я вполне представляю день победы без традиционных песен и ленточек, без заносчивого взгляда на других - мол, мы выиграли. Нет, выиграли все. Но я отвлеклась...

Так вот, был у меня замечательный прадедушка. Герой. Без преувеличений - прошел всю войну, переплыл холодной осенью Днепр (причем спасательное бревнышко, за которое держался, отдал своему командиру - тот плавал хуже), закончил в Берлине, не пил вообще, считал, что это ему жизнь и спасло. А из Берлина привез ... купленный сервиз. Мародеров на дух не переносил.
После войны прадедушка работал в колхозе, агрономом. При нем в Гуляй-Поле появились диковинные огромные огурцы, заработала маслобойня, выросла в райцентре сосновая аллея (я была там после его смерти - деревья стояли ровным рядом, выше меня в два раза...).
В общем, жизнь била ключом, и в эпицентре этой жизни сидел другой человек, начальник местного партийного заведения, и писал на прадедушку доносы.
Он тоже был героем, этот человек, по крайней мере - достойно прошел войну и вернулся с наградами. Но вот прадедушка мой ему не нравился. Вернее, ему очень нравилась супруга моего прадеда. А дальше - была бы бумага, написать всегда найдется о чем.
История предпраздничная, поэтому закончу хэппи-эндом. Он здесь, по счастью, был.
Там, наверху, сидел хороший прадедушкин друг. Первый донос он выкинул, едва проглядев, вторым чуть заинтересовался, над третьим задумался... А потом позвал моего прадеда к себе, на разговор. И по итогам разговора вручил ему матерчатую сумку - м е ш о к доносов. Сказал сжечь.
Так вот, я это все к чему... Не вмешайся его величество Случай - быть бы моему прадеду в местах куда менее теплых, чем южноукраинские степи. А его бы детям, возможно, и вовсе не быть. И не писала бы Раэнка сейчас ничего. Не было бы меня.
Да, была выиграна великая война, но не благодаря режиму - ему вопреки. Мне есть, за что благодарить тех, ушедших, прошедших страшное время. Но режим, пожиравший своих героев (пусть он и подавился моим прадедом), я не хочу ни благодарить, ни возвращать, только помнить. Помнить, чтобы не повторить.
А 9 (ну или даже 8-го мая) сложил лапки нацизм. Туда ему и дорога, ура!

00:02 

Сижу в промерзшей до костей - до покрытого изморозью старого кирпича - комнате, глотаю слезы - соль и горечь.
Слушаю дождь. Плачу в Ваню (как хорошо, что он есть!)
В конечном счете каждый из нас получает то, что заслуживает.
Вот...

02:42 

Чужое-как-свое

Сам собой в волосах просыпается южный ветер.
Что до этого, – длинный прочерк, пробел, затакт.
Три минуты стремительной, быстрой, красивой смерти –
неизбежной,
подаренной просто так.

Если смотрит пропасть прямо в глаза – дружи с ней
и кружись над ней длинной тенью на потолке.
Три минуты весёлой, счастливой и вечной жизни,
проведённой вместе –
рука в руке.


(с)

11:46 

Появление северного оленя возможно в любой день =( Вот ты сидишь под теплым одеялком, читаешь что-нибудь хорошее, зеваешь, а тут - он. Перебирает копытцами, глядит на тебя, склонив голову, вопросительно.
И ведь неплохой же олень.
И ты неплохая.
Но поди прогони!

11:39 

Звонит Милка.
- Что делаешь?
- Да вот, - говорю, в парикмахерской сижу.
- ОЛЯ!!!!

Люблю Милку) Мы так и подружились, да, она меня то красила, то ламинировала. Сейчас умница, красавица и крутой предприниматель.

11:53 

- Я прошу только об одном, - сказал Фридрих. - Пусть это будет быстро.
Их разделяла двадцатсантиметровая полоска воздуха. Поднять руку - прикоснуться - отпрянуть.
- Будет больно, я знаю. Жизнь нелегко покидает данное Создателем по праву. Но пусть это будет быстро.

00:42 

Я не сплю. Я даже не работаю.
Я листаю новости, смотрю фото, читаю Лентач (даже ему сегодня хочется верить). Мама делает то же самое.
Я говорю с теми, кто мне дорог. Не о новостях, нет. С кем-то о котах, кораблях и весне, с кем-то - о несоответствии живого человека и страницы вк, с кем-то - об Японии и оленях.
У меня дрожат губы. Неужели это - свобода? Неужели что-то сдвинется?

03:21 

00:19 

Необычный сон снился мне сегодня.
Как будто есть где-то девушка - наследница страны. И вот, незадолго до принятия на себя своих обязательств она отправляется попутешествовать.
А страна какая-то африканская, с характерной флорой-фауной и очень древними верованиями и традициями.
И вот постепенно девушке становится понятно, что все эти верования имеют под собой почву. Что все животные в ее стране - не только живые, но и разумные, как люди.
Все становится на свои места, когда она знакомится с двумя фламинго, которые умеют превращаться в людей. Они тоже молоды, и путешествуют в поисках озера Рассвета. Потому что у них перья не того оттенка, они должны быть розово-серебристые, как живой рассвет и живое серебро. А у них ярко-розовые, как на дешевом боа в кабаре.
Они много событий и приключений переживают вместе. И потом спутники девушки уже не превращаются в людей - зачем? Она и так воспринимает их, как равных себе.
Озера они так и не находят, но когда приходит пора прощаться, девушка замечает, как серебрятся их перья, и убеждает фламинго: с ними все в порядке, они прекрасны.
И возвращается к себе. А там полным ходом идет подготовка к коронации и предшествующему этому обряду. В котором бык - тотем племени - должен загнать и убить крокодила.
Древний обряд, отличное развлечение. Только не для той, кто уже прочувствовала всю красоту жизни вокруг. Когда бык догоняет крокодила и вспарывает ему брюхо, девушка не выдерживает и останавливает обряд.
Вбегает в воду, пытается остановить кровь, говорит с крокодилом. Он ей кажется человеком. Но он все-таки умирает.
И все на нее ополчаются...
Она пытается так какое-то время выживать, надеется, что станет новой, мудрой правительницей, которая защитит всех и установит равновесие между миром людей, которые людьми не кажутся, и животных, которые кажутся большими людьми.
Много интриг, много сплетен, шепоток за спиной. Недовольство мужа и подросшего ребенка. "Не сошли ли вы с ума, Ваше Величество?". "Мама, ты что?!"
И в конце концов она не выдерживает давления. Выходит в королевский парк, там везде ровные подстриженные аллеи, прирученные звери.
Вспоминает своих фламинго. Раскидывает руки и кричит: "Я больше не знаю, где Рассвет! Я не помню его, заберите меня!".
Причем это очень красивая сцена, но воспринималась она все-таки как поражение. Полный проигрыш...

10:29 

Утро после Пурима. Звонит мама.
Мама выспалась, оправилась после операции и полна энтузиазма. Она не пыталась вчера перепить и переговорить еврея. У нее не болит голова и нет привкуса кислоты во рту.
Мама хочет, чтобы я пошла с ней в театр теней. По моему мнению, идти никуда не нужно - театр теней и кастрюль уже и так в моей голове на гастролях и сворачивать их не собирается.
Наши с мамой совместные походы куда-либо - вообще больная тема. Я уже не раз пыталась объяснить маме, что у нее как-то родилась дочка, которая не любит классическую музыку. Совсем. И театр - тоже строго отдельные спектакли, мне хочется в нем смеяться, мама... И с артхаусом не сложилось.
На столе остатки ежевичного вина, маслины и открытый Танах.
Я люблю пуримскую историю больше прочих - в них не Господь избавил евреев от беды, Его избранный народ спасся сам.
Все в наших руках.
Кроме избавления от похмелья!

00:22 

Я устала быть красивой девочкой, меня заебли эти шмотки-улыбки-распродажные сосиски-перспективные перспективы, я хочу коньяка с хорошим другом, в ночную дорогу, с тяжелой музыкой, в теплой ветровке. Я хочу смотреть на человека - и чтобы горло перехватывало, какой он красивый, каким опасным он может быть. Я хочу снова научиться подбирать правильные слова.
Эй, родные мои, ау. Где вы?

@музыка: Агата Кристи Вечная любовь

01:56 

Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
12:57 

Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
23:53 

lock Доступ к записи ограничен

Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
00:50 

Забавно. Всегда считала себя темным этиком. Сначала - мне и моей семье, остальным по ситуации. Предавала и обманывала, было дело. Что же тут-то взвилась? Или нюх работает?

00:26 

Ты бежишь от страха и приходишь туда, где никто тебя не тронет... впрочем, нет, важно не это. Ты приходишь туда, где тебя защитят. Где именно тебя - защитят. ... как и всякого другого.

02:50 

Этой боли - шириться и в кость идти,
лист от слез - не белый, золотой.
Покарай пророка смертью, Господи,
смертью, но никак не немотой.

Этой боли полниться, как женщине
суждено со временем полнеть.
Боже наш, любой небесной трещине
глины предпочтительнее смерть.

Но когда ко мне подступишь с Словом,
обрывая памяти репей,
Жизнь проси.
Но не отдам другого,
не того, кто слов любых ценней.

16:09 

Мне двадцать лет, из которых как минимум 18 я жила не так, как хотела, у меня хреновое сердце, низкое зрение и я очень мало чего могу. Я не знаю ни одного иностранного языка, ни имею ни одного настоящего таланта (за исключением умения приготовить обед из топора, но это умеют все женщины, хоть год пожившие в бедности=) и к четвертому курсу университета я наконец-то посмотрела в бездну собственного невежества и ужаснулась =) А толку-то?
По-хорошему, мне нужно время. Очень много времени на то, чтобы читать книги, лечиться, смотреть в окно, познавать и понимать. Но у меня его нет, это роскошь. Зато у меня есть здоровье на том уровне, чтобы ни от кого не зависеть (и скилл глотать таблетки без воды), а это очень много. Я ухитрилась рассориться с двумя очень близкими мне людьми, и сколько бы не повторяла себе, что по-другому поступить было нельзя - это болит, и будет болеть еще долго. Но у меня сейчас есть те, кто мне дороги, и останутся ли они со мной, зависит только от меня.
Поэтому я буду стучаться во все двери, махать лапками и верить в лучшее. Я выучу язык и уеду из воюющей страны, где я разрываюсь между двумя лагерями. Я заработаю денег и пройду дорогой Святого Иакова, а если не заработаю - украду, в конце концов паломнику прощаются все грехи. Я буду беречь и ценить оставшихся возле меня, потому что вся я - это часть других людей, то, что они от доброты своей мне дали. Я построю свой дом, наш Дом. И я не буду винить себя ни в чем, потому что и так найдутся желающие это сделать.
А еще я научусь делать что-нибудь руками, желательно - больших, странных, туманообразных кукол, они давно живут в моей голове.
Все. Встань и иди.

В вагоне-теплушке

главная