Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
03:21 

00:19 

Необычный сон снился мне сегодня.
Как будто есть где-то девушка - наследница страны. И вот, незадолго до принятия на себя своих обязательств она отправляется попутешествовать.
А страна какая-то африканская, с характерной флорой-фауной и очень древними верованиями и традициями.
И вот постепенно девушке становится понятно, что все эти верования имеют под собой почву. Что все животные в ее стране - не только живые, но и разумные, как люди.
Все становится на свои места, когда она знакомится с двумя фламинго, которые умеют превращаться в людей. Они тоже молоды, и путешествуют в поисках озера Рассвета. Потому что у них перья не того оттенка, они должны быть розово-серебристые, как живой рассвет и живое серебро. А у них ярко-розовые, как на дешевом боа в кабаре.
Они много событий и приключений переживают вместе. И потом спутники девушки уже не превращаются в людей - зачем? Она и так воспринимает их, как равных себе.
Озера они так и не находят, но когда приходит пора прощаться, девушка замечает, как серебрятся их перья, и убеждает фламинго: с ними все в порядке, они прекрасны.
И возвращается к себе. А там полным ходом идет подготовка к коронации и предшествующему этому обряду. В котором бык - тотем племени - должен загнать и убить крокодила.
Древний обряд, отличное развлечение. Только не для той, кто уже прочувствовала всю красоту жизни вокруг. Когда бык догоняет крокодила и вспарывает ему брюхо, девушка не выдерживает и останавливает обряд.
Вбегает в воду, пытается остановить кровь, говорит с крокодилом. Он ей кажется человеком. Но он все-таки умирает.
И все на нее ополчаются...
Она пытается так какое-то время выживать, надеется, что станет новой, мудрой правительницей, которая защитит всех и установит равновесие между миром людей, которые людьми не кажутся, и животных, которые кажутся большими людьми.
Много интриг, много сплетен, шепоток за спиной. Недовольство мужа и подросшего ребенка. "Не сошли ли вы с ума, Ваше Величество?". "Мама, ты что?!"
И в конце концов она не выдерживает давления. Выходит в королевский парк, там везде ровные подстриженные аллеи, прирученные звери.
Вспоминает своих фламинго. Раскидывает руки и кричит: "Я больше не знаю, где Рассвет! Я не помню его, заберите меня!".
Причем это очень красивая сцена, но воспринималась она все-таки как поражение. Полный проигрыш...

10:29 

Утро после Пурима. Звонит мама.
Мама выспалась, оправилась после операции и полна энтузиазма. Она не пыталась вчера перепить и переговорить еврея. У нее не болит голова и нет привкуса кислоты во рту.
Мама хочет, чтобы я пошла с ней в театр теней. По моему мнению, идти никуда не нужно - театр теней и кастрюль уже и так в моей голове на гастролях и сворачивать их не собирается.
Наши с мамой совместные походы куда-либо - вообще больная тема. Я уже не раз пыталась объяснить маме, что у нее как-то родилась дочка, которая не любит классическую музыку. Совсем. И театр - тоже строго отдельные спектакли, мне хочется в нем смеяться, мама... И с артхаусом не сложилось.
На столе остатки ежевичного вина, маслины и открытый Танах.
Я люблю пуримскую историю больше прочих - в них не Господь избавил евреев от беды, Его избранный народ спасся сам.
Все в наших руках.
Кроме избавления от похмелья!

03:02 

Провела последних гостей, допила вино из бутылки, дослушала Бран.

Представим, что мы не слепы и убоги,
до дна, господа гимназисты, до дна...


Пахнет сиренью. Грустно.
По-весеннему.

03:54 

Когда захочешь, охладев ко мне,
Предать меня насмешке и презренью,
Я на твоей останусь стороне
И честь твою не опорочу тенью.
Отлично зная каждый твой порок,
Я рассказать могу такую повесть,
Что навсегда сниму с тебя упрёк,
Запятнанную оправдаю совесть.
И буду благодарен я судьбе:
Пускай в борьбе терплю я неудачу,
Но честь победы приношу тебе,
И дважды обретаю всё, что трачу.
Готов я жертвой быть неправоты,
Чтоб только правым оказался ты.

(с)

22:49 

Чужое-как-свое

Но нет ничего серьёзнее игры, в которую играют смелые люди, обладающие досугом.
(с)
Я бы добавила - и честнее.

00:22 

Я устала быть красивой девочкой, меня заебли эти шмотки-улыбки-распродажные сосиски-перспективные перспективы, я хочу коньяка с хорошим другом, в ночную дорогу, с тяжелой музыкой, в теплой ветровке. Я хочу смотреть на человека - и чтобы горло перехватывало, какой он красивый, каким опасным он может быть. Я хочу снова научиться подбирать правильные слова.
Эй, родные мои, ау. Где вы?

@музыка: Агата Кристи Вечная любовь

03:37 

После Фридрих долго лежал в темноте, слизывая с губ кровь и слизь и ощупывая болезненные царапины на горле. Тело ныло, тело пело и все-таки болело, спазм удовольствия потихоньку разжимался, а стыд вступал в свои права, как захватчик в поруганный город.
- Это я, думал Фридрих, - пару минут назад извивался под тяжестью другого, это я сжался не от страха, а от удовольствия, когда меня схватили за горло, когда сжали, когда прижали, когда...
Тело отозвалось, сладко, ноюще. Кто сказал, что спазм этот только внизу живота? Нет, от низа идет волна вверх, к груди, к горлу... и обрывается царапающей болью от удушья, нытьем в запястьях и чем-то еще скверным внутри.
Цокают копыта по склизкой от крови защитников города мостовой, смотрит луна в окно на Фридриха, спит рядом с ним кто-то другой.
- Славно, Фридрих, что ты набрался смелости признать это, скверно, что спишь ты в земле чужой и в чужой постели. Что не этого ты хотел. Что не получишь того, чего хочешь.
Слышно чужое дыхание, видно белесый ночной свет, такой, как бывает зимой в крупных городах.
Спит Фридрих.

01:55 

Чужое-как-свое

Это еще не про меня. Но я помню.
Я еще девочка, у меня черная пушистая челочка и так много слов у горла. Так говори же их, говори.

я был тоже юн здесь. тогда люты
были нравы панкующей школоты.
я был так бессмертен, что вряд ли ты
веришь в это, настолько теперь я жалок.

я писал здесь песни, и из любой
кухни подпевали мне вразнобой;
я царил и ссорил между собой
непокорных маленьких парижанок.

я ел жизнь руками, глазел вокруг.
полбутылки виски в кармане брюк.
я был даровит - мне сходило с рук.
мне пришло особое приглашенье.

лишь тогда и можно быть циркачом,
когда ангел стоит за тобой с мечом -
он потом исчезнет, и ты ни в чем
не найдешь себе утешенья.

я жил в доме с мозаикой - кварц, агат.
я мог год путешествовать наугад.
но пока писалось, я был богат,
как открывший землю.
(проговорив-то

вслух это тебе, я только больной урод,
чемодан несвежих чужих острот,
улыбнёшься девушке - полный рот
черного толченого шрифта).

двадцать лет в булони или шайо
люди раскупали мое враньё.
я не знал, что истрачивал не свое.
что разменивал божью милость.

а теперь стал равен себе - клошар.
юность отбирается, как и дар -
много лет ты лжёшь себе, что не стар.
лжёшь, что ничего не переменилось.
(с)

04:54 

Ночное, ностальгическое

Что делает Раэнка в три часа ночи? Пишет про спецтехнику и слушает музыку.

Много-много Флер

12:45 

Табличка борьбы меня со мной

23.01 - 66,7
24.01 - 66,3
25.01 - 66,1
26.01 - 64,9
27.01 - 64,7

00:50 

Забавно. Всегда считала себя темным этиком. Сначала - мне и моей семье, остальным по ситуации. Предавала и обманывала, было дело. Что же тут-то взвилась? Или нюх работает?

00:26 

Ты бежишь от страха и приходишь туда, где никто тебя не тронет... впрочем, нет, важно не это. Ты приходишь туда, где тебя защитят. Где именно тебя - защитят. ... как и всякого другого.

02:50 

Этой боли - шириться и в кость идти,
лист от слез - не белый, золотой.
Покарай пророка смертью, Господи,
смертью, но никак не немотой.

Этой боли полниться, как женщине
суждено со временем полнеть.
Боже наш, любой небесной трещине
глины предпочтительнее смерть.

Но когда ко мне подступишь с Словом,
обрывая памяти репей,
Жизнь проси.
Но не отдам другого,
не того, кто слов любых ценней.

23:21 

тряпочки

Девочка внутри меня отчаянно хочет сапоги на каблучке. И пальто милитари.
Денег нет, так что пусть это будет пост любви к сапогам. Они идеальны и моего размера, что редкость.
Полюбоваться вместе с Раэнкой - тыць!

02:00 

Будь проклят рак.

01:20 

Все мои девочки-переселеночки меня поздравили. У меня Рождество и елка - у них война. Стреляют сейчас.
Плачу. Ничего не могу.
Дай света, Господи.

19:34 

Я хочу быть из Города.

13:08 

чужое-как-свое

Как ни взрослей и как ни леденей, держать баланс на грани меж мирами,
меж полчищами полуночных ламий, меж жизнью и любовью, всё сложней.

(с)

В вагоне-теплушке

главная